Факты:
Инфографика ноги

''Бердмэн'': Полет пчелы вокруг Бродвея

Комедия Алехандро Гонсалеса Иньярриту, вышедшая в российский кинопрокат, хороша и гармонична во всем

«Бердмэн»

Режиссер Алехандро Гонсалес Иньярриту

США, Канада, 2014

 

Оператору Эммануэлю Любецки не привыкать к наградам – не далее как в прошлом году он получил «Оскар» за съемки «Гравитации», причем эта номинация стала шестой в его карьере, после таких прекрасных работ, как, например, «Древо жизни» и «Сонная лощина». Однако в «Бердмэне» он, с помощью монтажеров Дугласа Крайса и Стивена Миррионе, превзошел самого себя, заставив камеру неугомонной пчелой летать вокруг героев, переводя зрителя из одной локации в другую без монтажных склеек и затемнений, и сделав ее объектив – sic – субъективным.

Киноглаз Любецки, подлинный главный герой фильма, существует в гармонии с другим действующим лицом – музыкальным рядом. Ломаные барабанные ритмы постоянно звучат на фоне, то ощетиниваясь, то затухая, как назойливый тиннитус, который то возвращается к актеру и режиссеру Риггану Томпсону (Майкл Китон) в минуты нарастающего нервного напряжения, то вроде бы ненадолго освобождает. В унисон музыке ведет себя и альтер-эго Томпсона – Бердмэн, принесший ему всемирную славу 20 лет назад и ставший теперь его персональным Иисусом (или мистером Хайдом – как посмотреть). Пока у Риггана дела на подъеме, человек-птица молчит, скрывается и таит и чувства и мечты свои, но стоит герою оступиться или усомниться в себе, как Бердмэн принимается надрывно шептать однообразную мантру: все, чем ты занят сейчас, – тщета, а подлинным твоим призванием было играть супергероя, любимого миллионами, но ты, дурак, не воспользовался возможностью продолжать, у тебя, видите ли, амбиции... Дурак, к черту амбиции, давай как раньше.

Ригган Томпсон публикой не то чтобы забыт, но интерес к нему поутих, и восстановить реноме он мечтает с помощью собственной постановки по мотивам рассказа «О чем мы говорим, когда говорим о любви» Раймонда Карвера на бродвейской сцене. Кажется, вот-вот затея обернется клюквой, как в дело вмешивается популярный актер Майк Шинер (Эдвард Нортон), манной небесной свалившийся на горе-режиссера. Сбивка тривиального ритма, глоток свежего воздуха, капля живой воды в болоте ходульности и искусственности – невыносимый и своевольный Майк подстегивает Томпсона пересмотреть свой взгляд на искусство. И на свою жизнь. И на окружающих. На дочь Сэм (Эмма Стоун).

Напоминающая сложнейшую двухчасовую джазовую композицию, комедия Алехандро Г. Иньярриту – кино штучное и неповторимое (притом что оно во многом похоже, к примеру, на «Одержимость», другого претендента на основной «Оскар» в 2015 году). В зале кинотеатра всегда найдутся люди, возмущенные обилием разговоров на экране и мнимым отсутствием действия, но «Бердмэн» – тот случай, когда унылые голоса скептиков не смогут заглушить восторженные вздохи. В этой ленте на своих местах решительно все; на содержание и эмоциональное воздействие четко работает каждый элемент от появления стартовых титров до галлюцинаторных прогулок по Нью-Йорку Риггана Томпсона. И, что важнее прочего, «Бердмэн» не смотрится Франкенштейном, тяпляписто собранным из отдельных годных элементов, – это цельное и гармоничное произведение искусства, рассказывающее о природе искусства с помощью богатейшего арсенала выразительных средств. Правдивое и убедительное. Пожалуй, сказанного выше достаточно, чтобы резюмировать одним словом: шедевр.

Бердмэн рецензия,Бердмэн Волгоград,Алехандро Иньярриту фильм рецензия